Мне сегодня снился длинный и красивый сон.
Не помню начала, но помню, что ехала на бал, долго - так долго что сначала был вечер и зажигались фоанри, а перед моим пробуждением уже день.
Снчала была машина, Рост, его мать. Помню как остановились у перехода рядом с гостиницей и я побежала уже одна. Потом как-то оказалась в машине скорой помощи и женщине врачу было плохо, она обмякала, теряла сознание, была вся будто пластилиновая, с крашеными рыжими волосами и аляписто накрашенными глазами. Почему-то я не могла выйти и мы поехали в старую часть города.Это был мой город, и в то же время не мой. Я точно знала где мы, но это был еще и городок_у_моря, что-то греческое, цветущее, так много цветов, и дома из трех-четырех этажей, но кажется, что до неба.
потом пришлось идти пешком через дома, атмосфера которых была непередаваема - многолестничные, как тетрис стоящие друг на друге, выкрашенные какими-то темно лазурными цветами. У больницы врачи положили больную женщину на брезенте прямо перед дверью и сказали, что нужно уходить. Помню, что все спрашивала, - разве так можно? разве не нужно проследить?
Но мы ушли, и меня обещали довезти до остановки, чтобы я могла все же уехать на бал. Обратно шли другим путем и в одном дворике заметили крошечных мертвых котят, каждый не больше пальца, но бело-рыжий с мягкой короткой шерсткой, они не были мерзкими, но мне стало грустно. Молодая врач зачем-то позвала детей, игравших рядом, посмотреть на котят, а я все пыталась увести врачей. Говорили кажется о детях и матерях.
Потом шли через дом, но снизу вверх, потому что выход был на крыше. Дом был будто колодец под крышей, светлый, устойчивый, из досок, которых не скрывала краска невероятного приглушенно-синего цвета. Перила и скромные украшения на стенах были покрашены коричневой краской. Потом, уже на последнем этаже, вдруг кто-то заметил, что на перилах, на изразцовых печах на каждом этаже, даже кое-где на стенах, множество фигурок черно-белых котят. Все умилялись, но я спешила, была расстроена, и торопила уйти.
А потом заметила на стене(? кажется) старую пожелтевшую газету, с овальной фотографией плотной, растрепанной девочки с двумя толстыми полурасплетенными косичками и сбившемся на одном плече фартуке, недоверчиво глядящей в кадр. В статье было написано о том, что каждый человек оставляет после себя память, а если это мать, то память будет жить дольше, потому что ее дети увековечивают ее. А дальше оказалось, что черно-белых котят делала эта самая девочка, для своей мамы (то ли больной, то ли умершей) и звали ее Энгрид Бергман "Королева жестяных котов", ведь основа каждой фигурки была выполнена из жестяной банки.
Почему-то сразу стало понятно, что девочки уже нет в живых, и умерла она молодой.
Но в статье говорилось, что память о ней живет, пока стоит "Кошачий дом"

Вот и все, это вся история маленькой девочки с жестяными черно-белыми котятами, что мне удалось узнать.